Тексты

Русский язык традиционно рассматривается как ключевой элемент российской государственности, объединяющий народ страны и обеспечивающий суверенитет и территориальную целостность. 

Современные международные отношения в Латинской Америке демонстрируют сложную картину неоколониальных практик, которые существенно отличаются от классического колониализма XX века. В XXI веке континент сталкивается с новыми формами зависимости, которые проявляются через энергетическую политику, политическое влияние и военное давление.

Ключевую роль в этом процессе играл Коминтерн, который организовывал освободительные, антиколониальные, антирасистские движения и координировал усилия коммунистических партий по всему миру. Наиболее значимым событием стал Первый Съезд народов Востока в 1920 году, заложивший основы для систематической поддержки антиколониальной борьбы.

Изображенный на обложке книги «Де-колонизация – метод экспансии» предмет представляет собой тропический шлем (pith helmet), также известный как шлем-тропик, солнечный шлем или топи — характерный головной убор колониальной эпохи. Тропический шлем является одним из наиболее узнаваемых символов европейского колониализма XIX-XX веков, сочетающим практическую защиту от солнца с культурными и социальными коннотациями имперского господства.

Современный неоколониализм представляет собой систему экономического, политического и культурного контроля над формально независимыми государствами, при котором страны «глобального Севера» продолжают эксплуатировать ресурсы и рынки развивающихся стран, не прибегая к военной оккупации.

Наглядным примером неоколониального вмешательства является ситуация в Кот-д'Ивуаре (Берег Слоновой Кости). После президентских выборов 2010 года страна оказалась расколотой между сторонниками действующего президента Лорана Гбагбо и его соперника Алассана Уаттары.

Задумал я ее летом 2022 года, когда противостояние России с Западом дошло до точки, в которой официальные лица Евросоюза и США поставили под сомнение территориальную целостность нашего государства.

Националисты постоянно привлекают внимание к теме национальных языков, представляя объективный процесс национального развития чьими-то злыми кознями. Посмотрите, говорят они, всё меньше людей в национальных республиках говорит на своих языках, и это, как раз, проявление «имперского давления на периферию».

Важнейший для меня в книге вопрос, на который я попытался ответить, такой. Как так получается? Есть люди, довольно высокопоставленные, например, Петр Краснов. Служат своему государству, клянутся ему в верности, храбро сражаются на фронтах… но, когда политическая ситуация меняется, и перед ними только начинает маячить некая перспектива утвердить власть своей социальной группы над определенной территорией, они бросают в лицо российской советской власти: - «Мы вам ничего не должны! У нас были договоренности с царем Николаем, а вы кто такие? Мы же (казачья верхушка) - хозяева казачьих земель».

Политическое явление деколонизации, связанное со второй половины 1940-х гг., с освобождением народов от колониального гнета, сегодня наделено новым смыслом. Символ антиколониальной борьбы, стал прикрытием для реваншизма элит Запада, сопротивляющихся изменениям в мире. Под видом поддержки деколонизации, теряющие контроль за глобальными процессами империалисты, продвигают обновленную модель неоколониализма, в которой риторика освобождения маскирует стремление установить контроль над ресурсами и политическими решениями суверенных государств.