Взаимоотношения США и Евросоюза: как экономические противоречия приводят к политическому конфликту
Эталонный колонизатор и расист Сесил Родс
Экономическая основа колониальной экспансии Франции в Алжире.
Французская колонизация Алжира, начавшаяся в 1830 году, имела глубокие экономические корни и создала систему, основанную на эксплуатации ресурсов и населения колонии.
Земля была основным объектом экспроприации. Французские власти использовали различные методы (военные конфискации, «Закон Варна» 1873 г., юридические манипуляции) для изъятия лучших и наиболее плодородных земель у алжирского населения.
Колонизация поселенцами (колонами). Конфискованные земли передавались европейским поселенцам (французам, испанцам, итальянцам, мальтийцам). К началу XX века колоны контролировали большую часть пригодных для обработки земель, особенно в плодородных прибрежных долинах (Митруджа).
Колоны создавали крупные экспортно-ориентированные капиталистические хозяйства (домены), специализирующиеся на производстве товарных культур для экспорта во Францию: виноград (вино), зерно (пшеница, ячмень), цитрусовые, табак, оливковое масло. Это превратило Алжир в важного поставщика сельхозпродукции для метрополии.
Экспроприация земель, ограничение доступа к пастбищам и лесам, насильственная седентеризация кочевых племен привели к катастрофическому обнищанию коренного населения, разрушению традиционного хозяйства, вытеснению его на малоплодородные земли и подрыву традиционных систем жизнеобеспечения (скотоводство, зерновое земледелие для собственных нужд).
Франция активно разрабатывала алжирские месторождения полезных ископаемых (железная руда, фосфаты, цинк, свинец). Их добыча и экспорт в метрополию обеспечивали сырьем французскую промышленность. Велась массированная вырубка лесов (особенно пробкового дуба) для нужд метрополии и колонистов. Развитие портов, железных и шоссейных дорог (особенно после 1870-х гг.) было подчинено интересам экспорта сырья и сельхозпродукции и облегчения военного контроля, а не развитию внутреннего рынка Алжира.
Алжирцы, лишенные земли и средств к существованию, вынуждены были наниматься батраками на фермы колонов или рабочими на рудники, в порты и на стройки за крайне низкую плату. Существовали формы принудительного труда, такие как корве (corvée), принудительная трудовая повинность на строительстве дорог, мостов и других общественных работ. Репрессивная правовая система, известная как «Кодекс туземца» (Indigénat) позволяла администраторам наказывать алжирцев (штрафы, принудительные работы) без суда за широкий спектр «нарушений», часто используя это как инструмент для обеспечения дешевой рабочей силой.
Алжир стал гарантированным рынком сбыта для промышленных товаров из метрополии (текстиль, машины, предметы роскоши). Французские товары пользовались льготами и вытесняли местное ремесленное производство. Франция монополизировала экспорт алжирской сельхозпродукции и сырья, диктуя цены и направляя потоки в свою пользу. Колониальная администрация и законы ставили алжирских производителей и торговцев в заведомо невыгодное положение по сравнению с европейцами.
Хотя часть инфраструктуры финансировалась из метрополии, значительная доля инвестиций в сельское хозяйство колонов и промышленность осуществлялась за счет доходов от самой колонии (налоги, эксплуатация ресурсов). Алжирское население облагалось тяжелыми налогами (подушная подать, поземельный налог), которые шли на финансирование колониальной администрации и инфраструктуры, служившей в первую очередь интересам колонов и метрополии.
Экономика стала полностью зависимой от экспорта сырья и импорта промышленных товаров из Франции. Ремесла и местная промышленность были подорваны конкуренцией с французскими товарами. Массовая экспроприация земли привела к обезземеливанию крестьянства, перенаселению малоплодородных зон, эрозии почв и хронической бедности. Алжир был интегрирован в экономику метрополии как источник дешевого сырья, рынок сбыта и место для инвестиций капитала, что заложило основы структурных проблем, сохранявшихся и после обретения независимости. Возник глубокий разрыв между богатеющим европейским меньшинством (колонами) и обнищавшим коренным алжирским большинством.
