Их враг
Тёмное наследие британских усадеб. Почему в Англии не любят говорить о многих страницах своей истории
Политика Франции в её бывших африканских колониях по-прежнему остаётся одним из ключевых проявлений современного империализма.
Несмотря на формальный суверенитет этих государств, Франция сохранила экономические и военные привилегии, прежде всего через валютный франк CFA, договора о безопасности и долговые обязательства. При этом уже в 2023 году президент Эммануэль Макрон публично констатировал «конец эпохи Франсaфрики» (сталинского понятия старой неоколониальной сети влияния Франции). Однако на практике за сменой риторики последовал «принудительный вывод» французских войск из Мали (2022), Буркина-Фасо (2023) и объявленный уход из Нигера. Эти события стали историческим переломом во франко-африканских отношениях и отражают растущее сопротивление африканских народов неоколониальным практикам.
После прихода к власти в 2017 году Макрон декларировал изменения: он расширил контакты с африканской молодёжью, диаспорой и НГО, провёл саммит «Новое партнёрство» без приглашения правительственных делегаций и обещал «правду о колониальном прошлом». Однако ключевым элементом оставалась военная интервенция. Операция «Бархан» действовала в Мали, Мавритании, Нигере, Чаде и Буркина-Фасо до 2022–2023 годов под видом борьбы с джихадистами. Падение этой операции совпало с несколькими государственными переворотами: в Мали (2020–2021), Буркина-Фасо (2022, 2024) и Нигере (2023) к власти пришли военные хунты, немедленно объявившие об изгнании французских войск.
Макрон пытался добиться изменений: например, отменил требование 50%-го депозита резервов банком UEMOA во Франции и пообещал заменить франк CFA новой валютой «Eco». Но реформа осталась во многом номинальной: западноафриканская валюта по-прежнему жёстко привязана к евро и доверяется Франции, что критики называют «псевдореформой». Политика помощи африканским экономикам (например, саммиты 2021 и 2023 годов) лишь отчасти снижала недовольство, но стратегически не изменила неравные условия сотрудничества. Таким образом, попытки «новаций» оказались тенью прежних паттернов: Франция продолжала выступать как гарант безопасности и провозглашённый исполнитель развития, сохраняя приоритеты своих интересов.
На фото: Макрон и бывший президент Габона Али Бонго в Президентском дворце в Либревиле, Габон. Фотограф: Людовик Марин /AFP/Getty Images
